понедельник, 23 сентября 2013 г.

Царские костюмы на коронацию

Коронация — событие по определению в высшей степени декоративное, зрелищное, многосоставное, особенно в послепетровское время.

Здесь может оказаться многозначительной любая деталь, например то, как царь одет во время церемонии. До Петра цари короновались в тяжелых, колом стоящих от золотого шитья и драгоценностей одеждах, примечательно напоминавших церковные (архиерейские в первую очередь) облачения. В XVIII веке императоры и императрицы надевали по этому случаю одежду европейского образца, только, разумеется, нарочито богатую, поверх которой уже в ходе обряда надевалась мантия. Только Павел I, одержимый специфическими идеями прерогатив своего положения, попытался вернуть древнюю византийско-сакральную символику: во время коронации его облачили в далматик, укороченную версию старинного царского "платна". Эксцентричное нововведение не прижилось, и все последующие императоры венчались на царство в разнообразных воинских мундирах.

 http://kommersant.ru/doc/2270454

понедельник, 16 сентября 2013 г.

Одежда православного духовенства

Во время богослужения священник и дьякон облачены в очень красивые священные одежды, сшитые, как правило, из парчи и украшенные изображениями креста – ткаными или вышитыми. Для каждого богослужения церковный устав определяет облачения особого цвета.
Облачение дьякона составляют стихарь, орарь и поручи. Стихарь – это длинное, с широкими рукавами и не сшитое по бокам одеяние из прямоугольного куска ткани. На левом плече дьякон носит орарь – длинную широкую ленту из той же материи, что и стихарь, с крестами посередине и кистями и каймой по краям. Узкие нарукавники с изображениями крестов – поручи – надеваются на запястья и стягиваются шнурками.
Облачение священника состоит из подризника, епитрахили, пояса, поручей и фелони (ризы). Подризник напоминает стихарь, но шьется из более тонкой материи и с узкими рукавами, которые затягиваются с помощью шнурков. Поверх рукавов надеваются поручи. Епитрахиль – это тот же орарь, но только сложенный вдвое: огибая шею, он спускается спереди вниз. Для удобства два его конца скреплены между собой. Пояс надевается поверх подризника и епитрахили. Фелонь – длинная широкая накидка без рукавов, с отверстием для головы и дугообразным вырезом по низу переда. Фелонь надевается на другие одежды. Поверх фелони на груди священник носит наперсный крест. Головные уборы священника – камилавка и островерхая шапочка – скуфья.
Епископ (архиерей) облачается во все одежды священника, только вместо ризы он надевает саккос, напоминающий стихарь дьякона, но не такой длинный и с более короткими рукавами. На плечах епископ носит омофор – длинный и широкий лентообразный плат с изображениями креста. Огибая шею, омофор одним концом спускается спереди, а другим – сзади. Поверх саккоса на правом бедре епископ носит палицу – четырехугольный плат, а на груди – крест и панагию – небольшой круглый образ Спасителя или Богоматери, украшенный драгоценными камнями. На голову епископа возлагается митра – высокая с круглым верхом шапка жесткой формы, украшенная иконками и драгоценными камнями.

Как одевались монахи в монастырях

Сперва желающий стать монахом поступал в монастырь на послушание: он жил в монастыре, носил обычную мирскую одежду и должен был выполнять любые порученные настоятелем работы. Дальше следовали три этапа посвящения. Если игумен убеждался, что послушник твердо намерен стать монахом, он совершал обряд пострижения. У постригаемого в монахи крестообразно выстригали волосы на темени в знак посвящения его Богу. Его с установленными молитвами облекали в неполное монашеское одеяние – рясу и высокую шапку без полей – камилавку, с тем чтобы он еще больше утверждался на избранном пути. Такой послушник назывался рясофорным.
Вся монашеская одежда изготавливалась из грубого сукна черного цвета. В монастыре все было общим, даже одежда, которая не принадлежала монаху, хотя он ее и носил. Когда она изнашивалась, то ее сдавали в мастерскую, в починку, а монаху выдавали чужую, которую раньше носил другой монах. Инокам запрещалось носить двойные одежды, а также мех и украшения. Монастырский устав строго определял, какой должна быть одежда для молитв и для работы.
Само иночество состоит из двух степеней – малого и великого образов ангельского жития, которые по-гречески называются малая схима и великая схима.
Малая схима заключается в принятии строгих обетов – определенных обязательств. Так, монах отказывался иметь семью, какую-либо собственность и беспрекословно подчинялся монастырскому уставу. В знак полного отречения от мира он получал новое имя. Малосхимник носил мантию – верхнюю одежду без рукавов и клобук – головной убор, состоящий из камилавки и покрывала. Его могли возвести в сан священника или дьякона.
Высшим монашеским чином на Руси была великая схима, которая предполагала самый суровый образ жизни. Иноку вручали расшитый крестами куколь – остроконечную шапочку-покрывало, спускавшуюся на плечи, грудь и спину, и перевязь – в знак того, что он понесет свой крест.


Короткова М.В. Путешествие в историю русского быта. М. 2006

среда, 5 июня 2013 г.

Изготовление валенок

Традиционное войлочное сырье – овечья шерсть. Впрочем, кочевники использовали верблюжью шерсть и даже конский волос, а древние русские валяльщики, помимо овец, стригли коз и собак. Шерсть можно брать только с живого животного, а наиболее ценной считается шерсть августовского пострига под названием «летнина».

В старину промытую и высушенную шерсть обрабатывали при помощи выгнутого ивового прута с натянутой на него жилой (нечто вроде лука). Поместив жилу в верхний слой шерсти, били по ней битком до тех пор, пока шерсть не начинала пушиться, а ненужный прах не осыпался вниз (именно отсюда происходит выражение «разбить в пух и прах»). Потом шерсть колотили, раскатывали скалками и руками и формировали сам валенок из влажного войлочного пласта. Чем искуснее был мастер, тем незаметнее он делал место шерстяного стыка. После этого валенки бросали в котел и варили от пяти часов до полутора суток, затем просушивали, шлифовали пемзой, надевали на деревянные колодки и вбивали клинья для создания объема. Хорошо выделанные валенки чрезвычайно ценились: за них давали два рубля серебром.

Настоящий цвет валенок – белый, черный, серый или коричневый, окраска в другие цвета только ухудшает свойства войлока.

http://www.ng.ru/accent/2005-12-14/9_valenki.html

Одежда казачек

Казачки долго сохраняли одежду тех мест, откуда были родом. На Нижнем и Среднем Дону, куда чаще всего попадали в качестве пленниц татарки, турчанки, ногайские женщины, чувствовалось влияние Востока. Верхнее платье – кубелек напоминало по покрою и форме татарский камзол. Жены казачьих старшин в одежде отличались восточной пышностью и богатством, наряды шили из парчи с серебряными или позолоченными пуговицами. Пояс был из цветного бархата, расшитого жемчугом.

Выйдя замуж, чтобы не принести вреда родне мужа, казачка должна была покрывать голову. Еще от древних славян идет поверье, что женщина обладает огромной магической силой. На Дону головные уборы казачек были заимствованы у русских. Девушки носили челоуч – налобную повязку, косу украшали лентами. Женщины надевали повойнички – мягкую шапочку, поверх которой повязывался платок. Шубы у казачек были длинные. Обувью служили мягкие сафьяновые сапожки, украшенные на подъеме вышивкой. Поверх сапожек надевали туфли из мягкой кожи на невысоком каблуке.

Как и все женщины, казачки любили украшения. Богатые носили серебряные и золотые браслеты, перстни. Серебряное кольцо на пальце левой руки означало, что девушка на выданье, на правой – просватана. Если кольцо с бирюзой – жених служит, ибо это камень тоски. Золотое кольцо на правой руке – замужем. Два золотых кольца на пальце левой руки – вдова (второе кольцо умершего мужа).

Одежда с поневой (юбкой), сарафаном бытовала обычно на Верхнем Дону. Совершеннолетие отмечалось обрядом, когда «загоняли в поньку». Девочки начинали носить юбки с 15 лет при условии, что старшая сестра была просватана. Если же она была не замужем, то младшие должны были ходить в платьях, чтобы «не посадить старшую под корыто».

В середине XIX века казачки носили и сарафаны. На Дону их шили в основном без спинки, с высоким нагрудником, множеством оборок сзади, а украшали цветными лентами. А со временем в моду вошли юбки с кофточками. Чтобы юбка выглядела пышной, надевали под нее несколько нижних (иногда до пяти). Молодые казачки любили носить кофточки до бедер, плотно облегающие фигуру и с небольшой баской (такие кофточки назывались «кирассой»).

Отдельные детали гардероба казаков сохранились и по сей день. Во время работы женщины в разных районах Дона по-особому повязывают платки, а мужчины зимой ходят в тулупах, белых шерстяных носках, в которые заправляют брюки, а всю легкую обувь называют «чириками».

http://www.ng.ru/regions/2004-03-29/12_kazaky.html


пятница, 31 мая 2013 г.

Красота русских девушек

Девушки «в самой поре» обладали, по мнению русских, особым свойством – «славутностью» («славой»), благодаря которому они нравились представителям противоположного пола и вообще всем людям. «Славутность» – было довольно сложное понятие, включавшее в себя целый набор качеств: приятный внешний облик, обаяние, умение хорошо одеваться, вести себя по правилам, принятым в обществе, и, конечно, «честное» имя. «Славутность» считалась свойством, которое расцветает вместе с девичеством. Однако лишь некоторые счастливицы обладали высокой «славутностью», что позволяло им активно участвовать в любовной игре, составлявшей суть жизни молодежи, и выйти замуж за достойного человека.
Красивый внешний облик ценился как одна из необходимых составляющих «славницы». На протяжении жизни многих поколений у русских людей сложился определенный стереотип девичьей красоты. «Красавой», «красулей», «картинкой нарисованной» обычно называли девушку «доброго надлежащего роста», крепкого телосложения, с высокой грудью, крутыми бедрами, круглым, гладким, белым лицом, румяную, белозубую, чернобровую и с длинной русой косой. О внешне привлекательной девушке говорили, что она «девка из себя видная, румяная, толстая – страсть красивая!» (Русские крестьяне. Т. 3. С. 81). Такой образ красавицы декларируется в русском фольклоре. В свадебных величальных песнях о красавице сказано:


Душа красна девушка,
Из белым она белёшенька,
Из румяна румянёшенька,
Будто ягодка-изюминка,
Будто скатная жемчужинка,
Она по блюдечку катается,
Сахар с медом рассыпается,
Анной называется.

В старинных заговорах «на красоту» идеальная внешность подается так: «Всех я трав выше, лазоревых цветов я зрелее, всех белее и румяней», «плечами плечиста, грудями грудиста, речами речиста, лицом круглолица, на щеках алалица, бровями черна, очами очна» (Русские заговоры и заклинания. С. 115, 116).
Особенную привлекательность девушке придавали, как считалось, хорошие прямые волосы, заплетенные в толстую косу:

четверг, 21 февраля 2013 г.

О женской одежде Древней Руси и Московии

Принарядиться и подкраситься к приему гостей считала своим долгом каждая хозяйка: не случайно в письмах женщин — где говорится о покупках тканей или одежды — всегда четко определялось назначение покупки: «расхожее» платье или «на выход». Да и вообще мир женщины-аристократки предпетровского времени трудно представить вне красочного мира ее одежд. Как и в более ранние эпохи, костюм для московитки имел не только функциональное значение, но и знаковое (выдавая ее принадлежность к определенному социальному слою, семейный статус и происхождение). Огромное значение имел и эмоционально-эстетический смысл «сугубых одеяний» московских красавиц. Не случайно в письменных памятниках эпохи Средневековья можно зачастую не найти сведений о внешности женщины, но обнаружить детальное описание ее костюма. В переписке же женщин конца XVII века просьбы о покупках тканей и аксессуаров одежды занимают не меньшее место, чем в переписке новгородок XII—XV веков. Редким (как и поныне!) было понимание мужьями жен в вопросах приобретения новых украшений или дорогих нарядов. И все же примеры такого рода встречались и три столетия назад: «А ожерелье твое пришлю, а у жены моей нынешний год ожерелья не будет — купить не на что, разве а впредь будет, как с домом расплатимся... Мне, свидетель Господь, не до покупок: надобно долг с шеи сбить». В этом отрывке из письма царского окольничего можно усмотреть свидетельство внимания к жене, к ее «хотениям» — причем касающимся не необходимого, а явно излишнего, баловства, прихоти.

Пушкарева Н. Частная жизнь женщины в Древней Руси и Московии: невеста, жена, любовница. Москва, «Ломоносовъ», 2011

суббота, 2 февраля 2013 г.

Вышивка и ткачество Заонежья и Пудожья


Заонежская вышивка. В конце XIX- начале XX веков более трети мужского взрослого населения Заонежья уходило на заработки в города. Тесные контакты с Санкт-Петербургом способствовали формированию специфической крестьянской культуры, отмеченной сильным влиянием большого города. Не случайно, в начале XX века такой вид ремесла как вышивка приобрел в Заонежье промысловое значение.

Технические приемы исполнения вышивки были весьма разнообразны. Самый древний вид шва - двусторонний - назывался в Заонежье "русским" или "досюльным". Более поздний шов - тамбурный - получивший широкое распространение со второй половины XIX века. Эта техника - нечто среднее между шитьем и вязанием. Очень красивая вышивка "тамбур по филе", модная в Заонежье. В начале ХХ века в Заонежье , тесно связанном через отходничество с Санкт-Петербургом, получают распространение альбомы с городскими вышивками крестом.

Преобладающий орнамент вышивки в Заонежье - растительный. Один из самых распространенных мотивов - древо жизни. Оно в разных вариантах встречается на полотенцах и подолах женских рубах. Другой популярный растительный мотив - фантастический цветок. К древним мотивам заонежской вышивки относится и изображение геральдического двуглавого орла.

Пудожская вышивка. В отличие от заонежской, вышивка этого района совсем иная. Для нее в силу географической отдаленности края от столичных центров характерно бытование древних счетных видов швов (набор) и архаичных типов орнамента. В Пудожье встречается полихромная вышивка и украшение полотенец и подолов женских рубах кумачовыми прошивками.

Кижская коллекция наглядно демонстрирует разнообразие видов орнамента пудожской вышивки. Часто встречается древний мотив, изображающий птицу-паву в самых различных вариантах. Встречается в пудожской коллекции изображение геральдического льва, пришедшее на Русь в средние века из Византии и Италии. Кроме того, вышивали пудожанки и геральдических двуглавых орлов. Со временем древние мотивы орнамента видоизменялись, появлялись их новые формы, объяснить которые сегодня почти невозможно. Сложные архаичные орнаменты Пудожья иногда напоминают элементы абстрактного искусства.

http://museum.ru/N20762